Олимпийский чемпион из Беларуси Сергей Макаренко рассказал, как пережил 22 июня 1941-го в Бресте, служил матросом на рудовозе и почувствовал себя богачом в Риме
Сергей Макаренко рассказал в книге о своей жизни. Фото: noc.by, кадр видео ОНТ, читатель КП
В Беларуси вышла в свет книга знаменитого спортсмена Сергея Макаренко и писателя-журналиста Ивана Кахновича «От Брестской крепости к олимпийской вершине», которая рассказывает о жизни белорусского гребца, завоевавшего золото Игр в 1960 году.
В ней Сергей Макаренко рассказывает, каким тяжелым было его военное детство, как он из голодавшего мальчишки стал атлетом и выиграл Олимпиаду, а еще поделился своими воспоминаниями о работе тренером в различных странах, в том числе в Индии.
Тем, кто любит спорт будет интересно прочитать всю книгу, а мы вам предлагаем ознакомится с некоторыми интересными фрагментами из нее.
Сергей Макаренко - легенда белорусского спорта. Фото: кадр видео ОНТ
«Жили тяжело, голодно-холодно, едва перебивались»
В этом году Сергей Лаврентьевич отметил свой 87-й день рождения. А родился он 11 сентября 1937 года в городе Кривой Рог. Отец чемпиона - Лаврентий Яковлевич Макаренко - в 1940 году был переведен из Кривого Рога в Брест, где служил в должности замкомандира 33-го отдельного инженерного полка по политчасти.
«Его казарма - это нынешний Музей обороны Брестской крепости. Предполагается, что в июне 41-го тут располагался штаб обороны», - читаем рассказ Сергея Макаренко.
За полгода до начала войны жена политрука - Александра Семеновна - переехала к нему в Брест с тремя маленькими детьми, Сергею тогда и четырех лет не было. Жила семья в двухэтажном доме на улице Советской.
В трагический день начала войны 22 июня 1941-го отец Сергея как раз дежурил в крепости, а мать с детьми была дома.
«В городе немцы были уже утром. Из квартиры нас выгнали. Пришлось переселиться на окраину, в деревянный домик где-то напротив тюрьмы. Жили тяжело, голодно-холодно, едва перебивались», - продолжаем читать книгу.
В детских воспоминаниях Сергея сохранились и ужасы бомбежек, и карательные акции оккупантов, и уничтожение гетто. В 1943 году во время очередной облавы семью Макаренко вывезли в пересыльный лагерь, чтобы потом отправить в Германию.
Из лагеря удалось бежать на Домачевские хутора, что примерно в 50 км от города. Их семью приютила семья крестьян. Там семья прожила год, а после вернулась в освобожденный Брест. Жена и дети ждали возвращения главы семейства, но в 1945-м пришло трагическое известие - Лаврентий Макаренко пропал без вести в 1941-м году. Позже станет известно, что погиб он на четвертый день обороны Брестской крепости, 26 июня.
На одной из плит мемориала выбито имя политрука Лаврентия Яковлевича Макаренко.
«В 17 лет я стал матросом на рудовозе»
Послевоенное детство будущего чемпиона было трудным.
«Часто сидели на одной затирке: кипятили большую пятилитровую кастрюлю воды, туда заколачивали муку, когда все закипало - добавляли луковицу и немного жира, все. Плюс буханка хлеба. Хлеб выдавали по карточкам. Чтобы получить его, нужно было стоять в очереди с вечера до утра».
Сергей рос и мужал. Уже юношей, чтобы помочь семье, устроился на работу.
«В 17 лет я стал матросом на рудовозе. Жили мы бедно. Как было: купит мать ботинки, ходишь в них, пока не сносишь; потом покупают галоши на ботинки, чтобы дальше мог ходить, пока уже совсем не сгниет обувка; летом, понятное дело, бегаешь босиком. Чтобы немножко заработать, пошел я на рудовоз... В обязанности матроса входило мыть баржу и рулить».
Так Макаренко получил первые уроки взрослой жизни, окреп за сезон работы. А главное, заработал: купил пальто, пиджак, обувь.
«Во мне что-то перевернулось, когда я впервые увидел каноэ»
Вскоре произошло и знакомство с видом спорта, который изменил его жизнь.
«Во мне что-то перевернулось, когда я впервые увидел каноэ. Эти лодки не в пример другим были такие экзотические , как у индейцев, с загнутыми носами, сбитые из досточек, не фанерные. Я сразу в них влюбился».
Сергей каждый день ходил на тренировки. Попутно работал фрезеровщиком на заводе.
Новичок гребли на каноэ оказался талантливым парнем и постепенно стал добиваться побед на областных соревнования, а затем и республиканских.
Следующий этап его жизни - служба в армии.
«Никаких поблажек у меня, как у спортсмена, чемпиона БССР, не было. И вагоны разгружал, и в наряды ходил, и в учениях участвовал».
В армии он приобрел и специальность механика-водителя, что поможет ему в дальнейшей жизни.
«Когда сложили весла, самостоятельно выбраться из лодки не смогли - не было сил»
Перед началом Спартакиады народов СССР, проходившей в Москве в 1959 году, Макаренко объединили в экипаж с гомельчанином Леонидом Гейштором и они стали чемпионами. А в 1960-м белорусский дуэт на отборочных стартах доказал право представлять СССР на Олимпиаде в Риме на дистанции 1000 м.
22-летний брестчанин ехал на Игры с такими мыслями:
«У нас была своя цель - достойно представить страну. Обязательно завоевать медали от нас никто не требовал, а вот борьбы за третье-пятое место ждали. Международного опыта у нас практически не было, за исключением выступления на Ганноверской регате, так что руководство сборной по одному, пусть и удачному, примеру в отношении нас не строило высоких планов».
Гонки проводились на озере Альбано. Каноисты из Беларуси уверенно предварительный заезд.
И вот финал.
«Когда проходили отметку 500 м, соперников рядом и близко не было. Но чуть позже матросы на плотах надрывно закричали: «Италия Италия!». Я понял, что на хвосте итальянцы», - пишет Макаренко.
Белорусы уверено шли к финишу: «Гребок пожестче, побыстрее».
И, конечно, отработать финиш.
«Когда же до финиша оставалось примерно 150-200 м, я буквально выдавил из себя: «Пошли!». Не знаю, слышал ли это Леонид, но после того мы стали наращивать темп и финишировали первыми с большим отрывом - полтора корпуса от итальянцев. Когда сложили весла, самостоятельно выбраться из лодки не смогли - не было сил», - так описывает звездные мгновения Сергей Макаренко.
Белорусский экипаж опередил соперников на три секунды установив новый олимпийский рекорд.
«Потом меня спрашивали: «Ну как, ты ощущаешь себя олимпийским чемпионом?». Да никак я себя не ощущал! Значимость содеянного, как говорят в юриспруденции, осознал позднее», - признается Макаренко.
В наше время подготовка спортсменов высокого класса - целая наука. А тогда был расчет только на себя.
«Парадокс: мы с Гейштором стали олимпийскими чемпионами, побеждали на чемпионатах СССР, мира и Европы, не имея личного тренера. Сами себе режиссеры-наставники, по собственным представлениям и ощущением составляли планы подготовки, определяли объемы тренировочных занятий», - поражает читателей Макаренко.
Сергей Макаренко - олимпийский чемпион 1960 года. Фото: noc.by
Итальянские покупки пригодились для новой квартиры в Бресте
После победы пришло время насладиться отдыхом и достопримечательностями Рима. Ну и как в магазины не зайти?!
«Нам дали денег. Немного. Мне их хватило на посещение одного небольшого специализированного магазинчика, где продавали гобеленовые коврики, скатерти и подобные вещи. Для советского человека в те времена все это магазинное богатство было сродни чуду. У нас - нищета, почти пустые полки в магазинах, а здесь глаза разбегаются, все завешено товаром, да таким красивым, бери, что хочешь. И вроде недорого, деньги позволяют многое купить. Я здесь и оторвался: коврики, покрывала, скатерть. Вижу, еще небольшая сумма остается, говорю: «А давайте еще и чемодан!». Все покупки в него и загрузил. Этот чемодан до сих пор у меня дома хранится. А тогда я такой довольный был - богач! Все пригодилось: и коврики-гобелены, и скатерть, - когда я в Бресте квартиру получил», описывал свой олимпийский шопинг 1960-го Макаренко.
Жену встретил, когда выступал перед музыкантами
Разумеется, жених он тогда был хоть куда. Не долго его холостяцкая жизнь продолжалась.
«В конце 61-го я женился. Вообще-то с Алой мы познакомились за год до этого события, когда в качестве почетного гостя после Олимпиады посетил Брестское музыкальное училище. В актовом зале тогда собрались студенты, преподаватели. Для большинства советских граждан заграница в то время была в диковинку. Я им рассказывал, что спортсмены в Олимпийской деревне живут так, как нам обещали при коммунизме: бесплатное проживание, питание, культурная программа».
А после были танцы, где и познакомился с будущей женой. Родом она была из Кобрина.
«После тренировок заходил за ней, мы шли в кино, театр, на танцы», - описывает свое ухаживания олимпийский чемпион.
Так и женился.
«Девчонка интересная. Условия для семейной жизни хорошие - двухкомнатная квартира. А раз есть дом, то нужна и хозяйка».
Семья оказалась крепкой. Макаренко признается:
«Мне с ней очень повезло. Какие бы разногласия между нами не возникали (за более чем шестьдесят лет всякое бывало), она остается мне верна, защищает и поддерживает».
У супругов в 1962 году родилась дочь Ирина, а сейчас уже есть правнуки.
После окончания карьеры Сергей Макаренко перешел на тренерскую работу. Был тренером сборной СССР, а в 1970-м ему предложили работу в Группе советских войск в Германии.
«С одной стороны, предложение заманчивое, можно из всей группы войск отобрать спортсменов, подготовить их. И финансовые условия очень неплохие - зарплату военнослужащие получали в марках ГДР, а второй оклад на родине зачисляли на сберкнижку», - пишет Макаренко.
А таланты нашлись.
«Подыскали таковых человек тридцать - разного уровня, даже таких, которые только научились грести. Я взял всех. И учил. Среди них, кстати, оказался и будущий чемпион мира Пятрас Шюркас».
Еще Сергей Лаврентьевич работал тренером в Индии, Иране, Китае.
«В Индии, можно сказать, поднимал греблю с нуля. До моего появления там работал один специалист на протяжении месяца, но он испугался антисанитарии и сбежал», - делится подробностями чемпион.
Индия поразила Макаренко экзотикой:
«Однажды меня пригласили на один из островов на охоту. И сразу предупредили, что там могут быть туземцы. Поэтому, на всякий случай, выделили нам охрану. Я так и не понял: то ли аборигенов от нас уберегали, то ли наоборот, охотников от аборигенов. Охотились мы из автомобиля, причем не покидая его. Стреляли по зверям, перебегавшим лесную тропу».
Ранее мы писали о том, чему удивлялись и как выступили белорусы на своей первой Олимпиаде в 1952 году в Хельсинки: «Чтобы такое вытворять, надо 10 лет учиться».