«Задерживая и изолируя звероподобных типов». Как «Шерлок Холмс из Могилева» Аркадий Кошко руководил сыскной полицией Москвы
Аркадий Кошко родился в Могилеве, а прославился в Москве конца XIX - начала ХХ века как умелый сыщик. Фото: Эмилий Готье-Дюфайе (фонд «Московское время» / архив «КП»)
Могилевчанин Аркадий Кошко руководил в начале ХХ века сыскной полицией Москвы, а в эмиграции в Париже написал детективную книгу о разоблачении самых коварных преступников.
Биография Аркадия Кошко
Аркадий Кошко появился на свет 12 января 1867 года в Могилеве в семье, относившейся к белорусскому шляхетскому роду. Свой взрослый путь он начинал вольноопределяющимся пехотного Калужского полка, а после года службы получил право на поступление в Казанское пехотное юнкерское училище. Оттуда Аркадий вышел в чине подпрапорщика и вернулся в свой полк.
В армии Кошко дослужился до подпоручика и на этом военную карьеру завершил. А гражданскую начал в 1888-м на железной дороге в Санкт-Петербурге и через пять лет стал начальником станции Александровская. В общем, жизнь он постиг с разных сторон, а дальнейший путь выбрал не железнодорожный. В 28 лет Кошко поступил на службу в полицию Риги на должность помощника пристава. Вот здесь он почувствовал себя в своей колее, отличившись высокой раскрываемостью преступлений.
Затем сыщика переведут помощником начальника Сыскной полиции в Санкт-Петербурге, а в феврале 1908-го назначат начальником Московской сыскной полиции. Этим признали не только его заслуги как сыщика, но и способности руководить всей розыскной системой крупного города.
Аркадий Кошко закончил жизнь в эмиграции, где и написал свои знаменитые детективные рассказы. Фото: ru.wikipedia.org.
В работе Аркадий Францевич использовал самые передовые на тот момент методы. В частности, систему французского доктора Бертильона (классификация антропометрических данных) и вошедшую в широкую практику дактилоскопию.
В отставку Кошко вышел в 1915 году с должности делопроизводителя Департамента полиции Российской империи. Но революция отменила спокойную старость статского советника, полностью перевернув его жизнь.
Аркадий Францевич пытался найти работу при советской власти, но узнал, что вот-вот будет арестован и вынужден был скрываться с семьей в разных городах под фальшивыми паспортами. В конце концов он эмигрировал за границу - сначала в Константинополь, а затем в Париж. Так профессионал высшей пробы оказался никому не нужен. Во Франции он напишет:
«Тяжелая старость мне выпала на долю. Оторванный от родины, растеряв многих близких, утратив средства, я, после долгих мытарств и странствований, очутился в Париже, где и принялся тянуть серенькую, бесцельную и никому теперь не нужную жизнь».
Аркадий Францевич говорил, что революция уничтожила «те результаты, что были достигнуты долгим, упорным и самоотверженным трудом». Но зато утешало то, что плоды его труда «непосредственно потреблялись человечеством»:
«Я сознавал, что, задерживая и изолируя таких звероподобных типов, как Сашка Семинарист, Гилевич или убийца 9-ти человек в Ипатьевском переулке, я не только воздаю должное злодеям, но, что много важнее, отвращаю от людей потоки крови, каковые неизбежно были бы пролиты в ближайшем будущем этими опасными преступниками».
Аркадий Кошко ушел из жизни 24 декабря 1928 года. Но он оставил после себя добрую память, которая осталась жива благодаря изданному в 1926 году сборнику «Очерки уголовного мира царской России. Воспоминания бывшего начальника Московской сыскной полиции и заведывающего всем уголовным розыском Империи». Книга переиздавалась много раз и в наше время. Вспомним страницы из нее.
Аркадий Кошко (справа) и его коллега Владимир Филиппов, глава петербургского сыска. Фото: ru.wikipedia.org
Вернул розовый бриллиант княгине
В 1913 году Аркадий Францевич получил загадочное письмо от княгини Шаховской-Глебовой-Стрешневой - одной из богатейших женщин России. Она просила «явиться лично к ней для переговоров по весьма важному делу». Оказалось, что из несгораемого шкафа исчезли две нитки крупного жемчуга, кольцо с сердоликом и розовый бриллиант. Недорогое кольцо имело больше историческую ценность, так как под его камнем хранился крохотный локон волос Евдокии Лопухиной - первой жене императора Петра I. Жемчуг был ценен сам по себе, а розовый бриллиант - во всех аспектах. Он был подарен в свое время царем Алексеем Михайловичем своей жене своей (в девичестве Стрешневой).
В первую очередь заподозрили французского секретаря, служившего княгине 20 лет. От чего ее расстройство усилилось пуще прежнего. Но спустя некоторое время сотрудники Кошко вышли на другого подозреваемого - лакея Петра Ходунова, который уволился три месяца назад. Княгиня доверяла ему приносить драгоценности из того самого несгораемого шкафа. Принялись за ним следить, да упустили! А когда начали допросы его соседей, то выяснили, что пьет и гуляет Ходунов аж дым коромыслом, а своей Таньке «золотые сережки вчерась подарил».
Таньку арестовали, но та своего ухажера не выдавала. И тогда Кошко пошел на хитрость: подсунул ей в передаче (в хлеб запрятал) записку, в которой якобы от ее знакомой спрашивал, как Петьке дальше-то быть? И Танька купилась, ответив: «Вели тете Кате послать Петьке депешу в Нижний Новгород (следовало название улицы и гостиницы), написав, что я под замком». Так вышли на Петьку и взяли его. Вместе с розовым брилилантом, а кольцо с локоном изъяли у торговца, которому вор его продал.
Петьку отправили в тюрьму, сыщики всей компанией завалились в ярмарочный кафешантан. А поскольку это было время знаменитой нижегородской ярмарки, то гуляли там , как пишет Кошко, «с русским безбрежным размахом подгулявшего купечества, питаемого и воодушевляемого сказочными барышами». Когда купцы узнали, что в кафешантан прибыли сыщики, сберегающие эти барыши, то пошел «пир горой, неудержимый, дикий, не знающий границ ни в тратах, ни в сумасбродствах».
Васька говорил начальнику: «Ваши-то дураки третьего дня опять меня прозевали!»
Отношения между полицией и преступным миром в дореволюционной России были особенными, чему пример бравада мелкого вора Васьки Смыслова. Он звонил лично Кошко, желал господину начальнику здоровьица, и с издевкой заявлял:
- А ваши-то дураки третьего дня опять меня прозевали!
И дальше шел такой диалог:
- Ну-у?! Врешь!...
- Ей-Богу! Ведь на Поварском-то моя работа!
- Ну, что же? Везет тебе, Васька, но только смотри, не попадись!
- Ну уж нет, господин начальник, теперь мы наловчившись, не поймают, шалишь!
Но Кошко все-таки выстроил схему, как словить самоуверенного вора на том месте, откуда он звонил. Нашлись методы и во времена, когда с абонентом соединяли барышни.
- Ну, и ловкач же вы, господин Кошкин! - сказал пойманный Васька.
«Это был не человек, а зверь»
Бывали в практике Кошко и случаи, леденящие кровь. В 1913-м Москву терроризировала вооруженная банда. Например, они расправились с флиртующей парой, которая ехала на Воробьевы горы в ресторан Крынкина. «Убиты и ограблены были не только седоки, но и извозчик, на котором они ехали», - пишет Кошко.
С некоторыми своими жертвами налетчики расправлялись с особой жестокостью, а описание криминалистом состояния жертв после этого шокировало. Кошко поставил на ноги всю сыскную полицию, но на след преступников выйти никак не удавалось.
Аркадий Францевич пришел к выводу, что «орудует шайка не профессионалов, а наоборот, людей, никогда не проходивших через руки сыскной полиции».
Повезло, что один из коммерсантов выжил после тяжелого ранения. Он запомнил прозвище одного из преступников - Пиво. Действительно, в преступной среде такого не знали.
«В отчаянии мне казалось, что не только Москва, но вся Россия, весь мир, все силы земные и небесные против меня», - сетовал Аркадий Францевич.
И все-таки удалось определить, кто скрывается под прозвищем Пиво - Колька Фортунатов. А уже через его родителей и девушку вышли на Кольку. Он все отрицал, а выживший свидетель все никак не мог понять, тот ли это бандит, который его ранил. И тогда Кошко приказал своему подчиненному:
- Когда я буду его допрашивать, то вы, стоя за спиной Фортунатова, незаметно приблизьтесь и двумя пальцами ткните его в бок, в щекотливое место.
Результат превзошел ожидания. Колька от испуга дико вскрикнул:
- Ох, черти!
И свидетель узнал этот голос: «Он! Он! Сомнений никаких; тот же голос, те же слова, та же интонация! Ах, он негодяй! Ах, он мерзавец! Ах, он убийца проклятый!»
Оказалось, что шайка состояла из пяти человек, а верховодил ею Сашка Самышкин по прозвищу Семинарист.
«Все они рассказывали ужасы про своего атамана. По их словам, это был не человек, а зверь: в убийствах людей он находил какое-то наслаждение, пролитие человеческой крови Сашку все остальные преступники, видимо, ненавидели, но еще больше боялись», - вспоминал Кошко.
Главаря взяли. Он оказался сыном городского головы одного из уездных городов Пензенской губернии. А Семинаристом его прозвали потому, что он в свое время учился в Духовной семинарии. Кстати, во время допроса Самышкин чуть не сбежал - выпрыгнул в открытое окно, однако ж был сразу схвачен городовым. Семинариста приговорили к повешению, но по амнистии, последовавшей к Романовскому юбилею, наказание заменили на 20 лет каторжных работ. А Февральская революция освободила Сашку, якобы пожелавшего отправиться на фронт. Но бандит снова принялся за прежнее. Своих прежних напарников убил. Да был его путь недолог - расстреляли этого типа в 1920 году в Москве.
Роль Кошко в сериале «Короли российского сыска» исполнил Армен Джигарханян. Фото: кадр видео / kino-teatr.ru
Кстати, по рассказам Аркадия Кошко был снят сериал «Короли российского сыска» (роль легендарного полицейского исполнил Армен Джигарханян), а еще фильм «Настройщик».
Прочитайте, про драмы жизни и удары судьбы Матвея Манизера, который создал памятник вождю революции в центре Минска: прославился скульптурами Ленина и посмертной маской Сталина, а его отец писал портреты Николая II.