100 лет Юрию Никулину: с 15 лет собирал антисоветские анекдоты, шифруя имя Сталина, а чтобы прокормить цирк, пообещал Горбачеву выпустить зверей из клеток в центре Москвы

Юрий Никулин с белым попугаем на плече и в своей любимой морской шапке.

Их встреча с Юрием Владимировичем состоялась почти 25 лет назад, в январе 1997-го. И это было одно из последних интервью прославленного артиста - в том же году после операции на сердце он умер.

- Познакомиться с Юрием Владимировичем я хотел давно, - вспоминает Сергей Шапран. - И потому неоднократно звонил Никулину, но все неудачно - ссылаясь на занятость, он каждый раз отвечал, что опасается, что если приеду лишь ради интервью с ним, он может подвести меня. Пока однажды вдруг не сказал: “Приезжайте!” И я, конечно же, сразу поехал. Это был канун Рождества.

Был слякотный январь. В коридорах цирка я встретил Максима Покровского из группы “Ногу свело”, который шел от Никулина, уже ждавшего меня.

“Проходите, отдышитесь, – сказал Юрий Владимирович первым делом, тем самым предоставив возможность оглядеться в его кабинете, переполненном всевозможными игрушечными клоунами и от того ярким, как цирковая афиша. - Может быть, хотите чаю или кофе?”

Поговорив с кем-то по телефону, Никулин вышел из-за рабочего стола и сел напротив. На мой вопрос, сколько у меня времени на интервью, ответил, что примерно час, но позже, когда я спрашивал, что мое время, должно быть, вышло, все равно не спешил завершать разговор. В своей жизни я имел честь быть знакомым со многими великими артистами, но лишь в по-настоящему великих не было ни тени заносчивости и “великости”. И Юрий Владимирович был как раз из этого числа.

Никулин попросил Рыжкова принять его на четыре с половиной минуты

Накануне он отметил 75-летие и говорил теперь, что если раньше встречал дни рождения с радостью (“Ох, мне уже двадцать семь лет! У меня еще впереди целая жизнь!”), то давно уже не испытывает прежней радости.

Рассказывал, как в шестьдесят лет собрался на пенсию, хотя мог еще работать, но знал примеры, когда у старых клоунов выбивались из-под парика седые волосы и сами они с трудом двигались, и зрители смеялись не потому, что клоуны делали что-то смешное, а скорее из жалости.

Свою книгу Никулин назвал “Почти серьезно…”. Первая глава - “Пожалуйста, не ври!”: “Когда я сказал маме, что собираюсь писать книгу, она меня попросила: - Только, пожалуйста, ничего в ней не ври. И вообще, когда напишешь, дай мне почитать…”

“Я до сих пор помню одного клоуна, который не мог даже упасть как следует: он сначала становился на колени, а потом уже падал, - вспоминал Юрий Владимирович. - И это было не падение, а просто странное телодвижение. Я как-то сказал теперь уже покойному Леониду Утесову: “Леонид Осипович, я решил уйти на пенсию в шестьдесят лет. Надоело ездить. Никто ведь не знает, как это тяжело - скитаться! Где-то живешь на квартире, где-то - в общежитии, гостинице. Надоели эти бесконечные переезды, когда каждый раз надо к чему-то приноравливаться. Это тяжело и физически, и морально - работать в цирке, особенно по праздникам, когда в день бывает по четыре представления!” - “Молодец! - ответил Утесов. - У нас в Одессе говорят: лучше уйти на пенсию на два года раньше, чем на один день позже”.

Однако пенсионером Никулин пробыл всего ничего – через несколько дней его пригласил министр культуры, предложивший пост управляющего цирками в стране. Юрий Владимирович отказался, сославшись на отсутствие соответствующего образования. “Но у Вас есть опыт работы в цирке!” - ответил министр. И так великий клоун стал режиссером Московского цирка, а затем директором и главным режиссером…

Беседа была увлекательнейшим рассказом о том, как Никулин спасал знаменитый цирк на Цветном бульваре. Зданию было уже сто с лишним лет, в котельной еще стояли котлы с изображением двуглавых орлов царских времен (цирк отапливался автономно), а само здание от старости покосилось так, что площадка с оркестром находилась под углом к линии горизонта. Пожарная инспекция каждый раз грозилась закрыть цирк, но положение спасал тогдашний начальник Москвы - первый секретарь горкома партии Гришин, который любил приходить в цирк вместе со своими внуками.

Пока кто-то не посоветовал Никулину обратиться к председателю советского правительства Рыжкову. И Юрий Владимирович написал коротенькое письмо: “Уважаемый Николай Иванович! Вот уже целый год стоят обнесенные забором развалины старого цирка. И его судьба до сих пор не решена. Мимо проходят дети и со слезами на глазах вспоминают то время, когда здесь играла музыка, и они получали радость и удовольствие. Помогите в нашем деле. Примите меня на четыре с половиной минуты”.

На следующий день позвонил помощник Рыжкова и пригласил прийти. Так была решена судьба московского цирка - его построят заново, под строительство правительство выделяло огромные по тем временам деньги – двадцать три миллиона долларов в валюте. Правда, Рыжков сразу оговорился: “Цирк должны будут возводить иностранцы, потому что наши будут строить двадцать лет”. И посоветовал заключить договор с финнами. Никулин так и поступил. В результате через два года новое здание уже стояло.

Свою автобиографическую книгу Юрий Никулин проиллюстрировал своими же рисунками.

Однако тут настали трудные времена не только для цирка, но и для страны - началась перестройка. Цирку не хватало денег не то, что для артистов - на еду для зверей. И тогда Никулин пообещал, что привезет всех зверей к Моссовету, а если весь этот цирк будут разгонять, выпустит животных из клеток. Узнав о никулинской затее, тогдашний руководитель страны Михаил Горбачев посмеялся. Но когда Юрий Владимирович назавтра пришел в цирк, мясо для животных уже привезли…

“Ну вот, теперь скажут: “Сегодня Никулин был в ударе!”

Впрочем, не одним лишь цирком жил “на пенсии” Никулин – он уже три года как был ведущим телевизионной юмористической передачи “Белый попугай”, где его постоянным соведущим был знаменитый драматург Григорий Горин, а гостями - прославленные актеры Александр Ширвиндт, Михаил Державин и Лев Дуров.

Однажды во время съемок на Никулина упал осветительный прибор, сильно ударивший по голове - у Юрия Владимировича моментально помутнело в глазах (хорошо еще, что он был в своей любимой морской шапке!), но поскольку съемка все равно продолжалась, он нашел в себе силы пошутить: “Ну вот, теперь скажут: “Сегодня Никулин был в ударе!”

В “Белом попугае” он любил рассказывать анекдоты, которые начал собирать в пятнадцать лет. “Это увлечение пошло от отца. Он прекрасно рассказывал анекдоты! - вспоминал Юрий Владимирович.

- Мне нравилось таким образом веселить людей. Может быть, поэтому я и пошел работать в цирк? Мне нравится, когда люди смеются. Отец же специально записывал анекдоты, причем, не целиком, а одной фразой. И я поступал точно так же. А меня еще тогда предупреждали: “Зачем ты это делаешь? Еще вызовут в НКВД, а у тебя там наверняка есть что-то про Сталина”. В этой организации не любили, когда кто-то рассказывал анекдоты. Но, конечно, никакого слова “Сталин” я не писал. “Я и буду рассказывать им анекдоты, - отвечал я. - А вместо слова “Сталин” стану говорить какую-нибудь ерунду. Если скажут, что, мол, не смешно, я отвечу: “Кому как, а мне нравится”. Но такие анекдоты я мог рассказывать только один на один, а не в компании, потому что всегда рядом мог оказаться человек, который потом побежал бы в НКВД. А за политические анекдоты сразу давали, как минимум, десять лет! Например, инспектор манежа Калининского цирка рассказывал, что отсидел девять лет только за то, что, купив газету, тут же возле ларька громко сказал: “В “Известиях” нет правды. В “Правде” нет известий”. Анекдоты нас очень выручали на фронте: мы лежали в землянке и травили друг другу анекдоты. Пели под гитару песни...”

А ведь Юрий Владимирович был не только клоуном и директором московского цирка - он еще и войну прошел, да не одну – Великую Отечественную и Финскую, и потому, по собственному признанию, был рад, что, возглавляя Московский фонд мира, мог помогать ветеранам войны и инвалидам. И вместе с сыном открыл Фонд “Цирк и милосердие”, помогавший престарелым артистам цирка. “Это была моя давняя мечта, - говорил Юрий Владимирович. - И я очень доволен, что она, наконец, осуществилась”.

На некоторых рисунках Никулина можно угадать знаменитые цирковые номера с его участием.

А был ли он счастливым человеком? Сергей Шапран вспоминает, что, отвечая на этот вопрос, Никулин ответил утвердительно, сказал тогда: “Есть такое изречение: настоящий мужчина должен за жизнь сделать три дела: оставить после себя потомство, посадить хотя бы одно дерево и написать книгу. Я все это выполнил”.

На прощание Юрий Владимирович подарил календарь со своим портретом в той самой знаменитой морской шапке, подписав его “задним” числом - 1 января. Так и начался тот новый 1997 год, вместе с Никулиным. Последний год жизни великого артиста.

Из анекдотов от Никулина

* * *

После октябрьского переворота Ленин взбирается на броневик и говорит:

- Товарищи! Революция, о которой так долго мечтали большевики, свершилась! Теперь, товарищи, вы будете работать 8 часов в день и иметь два выходных в неделю.

Дворцовая площадь потонула в криках “ура”.

- В дальнейшем вы, товарищи, будете работать 7 часов в день и иметь три выходных в неделю!

- Ура-а-а-а!

- Придет время, и вы будете работать 1 час и иметь 6 выходных дней в неделю.

- Ура-а-а-а!

Ленин говорит Дзержинскому:

- Я же говорил вам, Феликс Эдмундович, работать они не будут!

* * *

- Доктор, у меня что-то с памятью: все, что было до революции, я помню, а что после – нет. Это не склероз, доктор?

- Нет.

- А что же это?

- Это ваше счастье.

* * *

Рабинович вышел на Октябрьскую демонстрацию с плакатом: “Спасибо товарищу Сталину за счастливое детство!”

Парторг подбегает к нему:

- Вы что, издеваетесь? Вы же старик. Когда вы были ребенком, товариш Сталин еще не родился.

- Вот за это ему и спасибо.

* * *

Брежнев проводит пресс-конференцию: вопрос-ответ, вопрос-ответ.

- Ну что ж, - говорит ведущий, - вопросов больше нет.

- Как! – удивился Брежнев. – Постойте, нельзя же так! У меня есть еще два ответа.

“Анекдоты от Никулина” и издаются-переиздаются уже почти тридцать лет. В предисловии Юрий Владимирович честно предупредил: “Сразу сообщаю читателям, что это анекдоты не моего сочинения, они из народа (хотя небольшая часть мною действительно придумана)”.

* * *

На ХХVІ съезде КПСС говорят:

- Состояние Брежнева тяжелое. Требуется пересадка сердца. Кто может предложить свое?

Лес рук.

- Прекрасно! Но нужно только одно. Кто желает?

Снова лес рук. В президиуме посовещались и говорят:

- Сейчас мы выпустим голубя мира, на кого он сядет – сердце того и возьмем.

Полетел голубь в зал, а отовсюду:

- Кыш! Кыш!

* * *

Умер Брежнев. На политбюро обсуждается новая кандидатура на пост великого вождя всех народов. Предлагается кандидатура Андропова. Входит Андропов с автоматом:

- Руки вверх. Одну опустить. Единогласно.

* * *

Иван Сусанин пришел в Думу. Заходит в приемную. Секретарша его спрашивает:

- Вы кто?

- Я - Иван Сусанин.

- Какой? Тот самый?

- Да, тот самый.

Секретарша засуетилась:

- Ой, какая честь для нас! Подождите, я сейчас всех соберу.

- Да-да, всех собирайте и пойдем…

* * *

Радиокомментатор на похоронах Андропова:

- Все политбюро в полном составе идет к могиле!

* * *

Правительственное сообщение: к 2000 году каждая советская семья будет иметь отдельную квартиру или дом, но не к 12.00, как сообщалось ранее, а к 18.30. Правительство приносит свои извинения.

* * *

Большой плакат в Варшаве: “Месяц польско-советской дружбы”. На плакате приписка от руки: “Согласен, но ни одного дня больше!”

* * *

Поехал Рабинович туристом в Европу. Посылает другу телеграмы: “Привет из свободной Румынии! Рабинович”; “Привет из свободной Болгарии! Рабинович”; “Привет из свободной Венгрии! Рабинович”; “Привет из Австрии! Свободный Рабинович”.

* * *

- Рабинович, что бы вы сделали, если бы вдруг открыли границы?

- Залез бы на дерево.

- Почему?

- Затопчут.

* * *

Едут в купе четыре мужика, рассказывают политические анекдоты. Вдруг один говорит, ни к кому из окружающих не обращаясь:

- А ну-ка, майор, организуйте нам чайку!

Через некоторое время официант вносит в купе чай. Мужики удивились и легли спать.

Просыпается утром этот мужик – смотрит: его соседей нет. Входит официант убирать посуду. Мужик спрашивает:

- А где они?

- Забрали.

- А меня почему оставили?

- Майору очень понравилась ваша шутка.

* * *

- Кто построил Беломорско-Балтийский канал?

- С правого берега – те, кто рассказывал анекдоты, с левого берега – те, кто слушал.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

«Кто впереди шел, тех насмерть, а мне осколки в шею и лопатку попали». Старейший Герой Советского Союза Василий Мичурин умер в Минске - ему было 105 лет

Звание Героя он получил еще за финскую войну, в Великую Отечественную был несколько раз ранен. "Комсомолка" собрала 7 ярких фактов из жизни Василия Мичурина (читать далее)