
Александр Соболевский в свои 32 года был студентом, а столь возрастным, не потому что плохо учился, наоборот. Уже зрелый мужчина, родившийся в 1905 году в белорусском Городке, прошел к тридцати годам такую школу жизни, что многие позавидуют.
Работал на железной дороге, на лесопильном заводе, а после переезда семьи в Ленинград, - слесарем на Балтийском заводе. Десять лет, до 1935 служил в пограничных войсках. Вернувшись к гражданской жизни, он работал фельдшером, а в 1936-м поступил во 2-й Ленинградский медицинский институт.
И вот во время каникул, а точнее в августе 1937 года, неуемный Соболевский отправляется в плавание с гидрографической экспедицией на ледоколе «Георгий Седов». Ненадолго, ведь надо на учебу. Но вернется Александр на Большую землю только спустя 2,5 года. Героем Советского Союза, человеком, о котором будут писать все газеты мира.
Три корабля вмерзли в лед
Ледокол «Георгий Седов» проводил экспедицию близ Новосибирских островов. И оттуда его отправили помочь нескольким ледоколам, которые из-за рано наступившей зимы застряли во льдах на юго-западе моря Лаптевых.
«Седов» не только не помог, а застрял вместе с «Садко» и «Малыгиным». 23 октября пароходы начали дрейфовать, а 30 октября поступил приказ из Главного управления Северного морского пути о переходе на зимовочное положение, пишет histrf.ru.

- Когда три наших корабля вмерзли в лед, меня как врача больше всего беспокоило здоровье людей, - читаем в книге «Рассказы седовцев» воспоминания Александра Соболевского. – Зимовка была вынужденной, к ней не могли тщательно подготовиться. Запасы продовольствия, теплой одежды, топлива оказались явно недостаточными. Наш «Седов» ушел в рейс, не имея, например, ни одной таблетки витамина С. Три бочки засахаренных лимонов – вот и все противоцынготные средства.
Первые месяцы дрейфа по словам Соболевского были для него особенно серьезным испытанием.
- Создана комиссия по учету продовольствия, одежды, топлива. Все запасы поделили между кораблями… Стены утеплили одеялами. К сожалению одеял не хватает. Уж больно много людей, - записал он тогда в дневник.
Соболевский решает сам изготовить средство против цынги.
- Взял у кладовщика изрядную порцию гороха и размочил его. На одно большое блюдо положил согревающие компрессы. На них тонким слоем насыпал намоченный горох и поверху закрыл его вторым компрессом… Сегодня появились первые всходы. Они радуют глаз, утомленный зрелищем бесконечных льдов. Но дело не в этом. В них, в этих хрупких стебельках, скрывается могучая жизненная сила – витамин С. Разумеется пророщенный горох – только дополнительный резерв для витаминизации питания. Но сейчас витамины нужны нам как воздух.

Чуть не утонул, провалившись под лед
Капитан писал, что Соболевский не только исполнял обязанности врача, оберегая здоровье команды, но и принимал деятельное участие в научных и авральных работах.
Но здоровье и все, что с этим связано было первостепенной заботой Александра.
- Спортивные занятия не ограничивались лыжами, коньками и греблей, - вспоминал он. - На корабле разыскали волейбольную сетку и играли в волейбол. Костюмы были не совсем спортивные: ватные куртки, брюки, сапоги, рукавицы. Но это не мешало нам.
Проходила и ежедневная физкультзарядка.
- Мы выходили на лед, строились, делали гимнастику, вольные движения, бегали по дорожкам, протоптанным от корабля к кораблю.
Но условия все-таки были суровые и опасные.
- Как-то меня вызвали на «Малыгин» - оказать помощь больному, - продолжает читать воспоминания Соболевского. - Я решил воспользоваться образовавшимся во льдах каналом. Только наступил на край льдины – она с треском обломилась, и я стал быстро погружаться в воду. Бросился к байдарке. Неустойчивая байдарка потеряла равновесие и стала тонуть вместе со мной. Признаюсь, ощущение было не очень приятным. Пришлось мне, одетому в тяжелую ватную одежду и охотничьи сапоги, плыть к другому берегу льдины. Выплыл, достал шестом байдарку, которая сама стала всплывать, вытащил ее на лед и пошел дальше.

Чрезвычайных происшествий, когда бы врачу пришлось делать операцию или спасть чью-то жизнь не было. А вот болезней хватало. Были случаи брюшного тифа, воспаления легких, гриппа, ангины, бронхита, обморожений…
Только весной, точнее с апреля 1938 года, государство стало предпринимать шаги по спасению членов экспедиции и пароходов.. К концу месяца три самолета сумели эвакуировать большую часть людей, так что на трех пароходах из 217 человек осталось 33 (по 11 на каждом судне). Оставшимся пополнили запасы одежды, топлива продовольствия.
Проблема для «Седова» была в том, что из-за неисправности рулевого пера, ледокол не мог управляться самостоятельно. Не спас и отправленный на помощь ледокол «Ермак». 30 августа все пароходы ушли, оставив «Седова» и 15 добровольцев на вторую зимовку. Капитаном назначили 29-летнего Константина Бадигина, который перешел с «Садко».

Щи, коньяк, пирожные…
Как потом напишет Соболевский их рациону могли позавидовать в любой полярной экспедиции. От себя добавим, что и почти во всех советских семьях. Праздничные меню обдумывали заранее и готовили все самое вкусное, на что были способны. Вот, например, меню на 1 мая 1939 года.
Завтрак: какао с молоком, сыр американский, песочное печенье, пирожное «Наполеон». Обед: щи кислые с мясом, гуляш с макаронами, компот из слив и абрикосов. Ужин: щи кислые мясные, пирожки с мясом, ветчина жареная.
Закуски: куриное филе, овощные консервы, рыбные консервы (судак, белуга, максун, шпроты, сардинки, кильки), сельдь маринованная, колбаса копченая, язык бычий. Вина: вишневая настойка, коньяк, кагор.
Сладкое: пирожное «Наполеон», песочное печенье, конфеты «Дерби» и «Сибирь», шоколад, кофе.

А еще они сварил пиво, назвав его в честь автора «пивом завода Буторина»
Соболевский писал, что полярная ночь не принесла вреда здоровью людей:
- Недостаток ультрафиолетовых лучей в период полярной ночи быстро компенсировался избытком их в последующее время. Достаточно хорошее питание, точный распорядок дня и работы на свежем воздухе благотворно влияли на здоровье.
Камельки топили углем
Небольшой, но дружный мужской коллектив из 15 человек жил и веселился насколько это было возможно в таких условиях.
Выпускали стенгазету, слушали радио. Например, передачу «Советы домашним хозяйкам». Мужчин интересовало, как в полевых условиях стирать белье.
- Каюту, где жила пятерка (пятеро товарищей Александра. Ред.), все любили. По вечерам здесь часто играли в бильярд. Здесь же стояло пианино, хранились струнные инструменты, полубаян.
Каюты отапливали небольшой печкой, которую называли камельком.
- Топили мы камельки углем, разобранными деревянными перегородками твиндека, остатками дерева от ботов, деревянной обшивкой, снятой с носового помещения… Ночью за камельком следил вахтенный. Температура была на уровне 18-20 градусов.
«Родной мой! Я всегда с тобой»
Если кто-то захандрил, то его старались развлечь, приглашая сыграть в бильярд, шахматы, или прогуляться на лыжах.
Из дома получали радиограммы.
- Порой казалось, что родина балует родных, устраивая им поездки в Москву и разговоры с нами по радио, - отдавал должное заботе об экипаже Соболевский. - Как это было чудесно, когда мы вдруг среди ледяной пустыни слышали родные голоса. Мы собирались обычно около рупора и, затаив дыхание, ждали… Помню, я услышал голос своей матери. От волнения она не могла говорить и произнесла лишь несколько слов: «Родной мой! Я всегда с тобой и с твоими товарищами. Работай и не страшись. Не беспокойся обо мне. Меня любят и уважают. Обнимаю, целую. Жду…». Мать много пережила за эти 812 дней и рисовала в своем воображении всякие ужасы настолько, насколько позволяла ее материнская фантазия.
Для полярников по радио даже устраивали концерты, которые передавались по их заказу. Для них играли лучшие пианисты и скрипачи страны.
- Лучшие певцы пели наши любимые арии, - был рад Соболевский.
А вот как по его воспоминаниям отмечали Первомай.
- В кают-компании вывешен свежий номер стенной газеты. В 11 часов с песнями и флагами мы прошли вокруг судна, в 12 вернулись на борт. После обеда пошли на лед – на стрелковые соревнования. Премию (пять пачек папирос «Казбек») получил Полянский. Вернувшись на судно, застали массу поздравительных телеграмм с родины, и это было самое радостное. После ужина здорово досталось патефону. Пластинок у нас много, но плохо обстоит дело с иголками.
В конце лета 1939 года на судне оставалось топлива примерно на 60 часов движения полным ходом. Моряки исправили рулевое управление. Лишь 3 января 1940 года, ледокол «Иосиф Сталин» помог «Седову» выбраться на чистую воду.
К тому времени дрейфующий корабль был в Гренландском море. 29 января 1940 года «Седов» самостоятельно прибыл в Мурманск. А уже в Москве членов экипажа встречало правительство. Все они были удостоены звания Героев Советского Союза.
Арктический дрейф ледокола продолжался 812 суток и за это время он прошел более 6000 тысяч км.
Отважные полярники не только боролись за живучесть судна, они провели уникальные метеорологические и гидрологические исследования, получила образцы грунта с глубин более 3 тысяч метров. А еще развеяли миф о существовании Земли Санникова.
Ранее мы писали, как белорусский геолог Константин Воллосович искал Землю Санникова и «довел мамонта до Парижа».
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ:
Казахстан начал транспортировку нефти в Германию по нефтепроводу «Дружба» через Беларусь
Казахстан начал отправку нефти по нефтепроводу «Дружба» до пункта сдачи нефти «Адамова застава» для поставок в Германию (читать далее)
В МНС назвали покупки, которые могут вызвать проверку доходов у белорусов
МНС усилила поиск белорусов, у которых расходы превышают доходы (читать далее)
Mark Formelle ищет тестировщика белья и носков за 2000 рублей
Компания готова рассмотреть удаленку – лишь бы претендент внятно объяснял, что в носках его устраивает и что не нравится (читать далее)
Что известно об аварии под Смолевичами с 11 погибшими: водитель маршрутки жив, водитель МАЗа задержан, установлены имена погибших, пострадавшие все еще в тяжелом состоянии
В СК рассказали, как продвигается расследование ДТП под Смолевичами с 11 погибшими (читать далее)
В Минске три приятеля устроили погром: сбросили с моста самокаты, разгромили остановку и подожгли авто
Их будут судить по двум статьям УК Беларуси (читать далее)