
В центре Минска, в самом начале улицы Ленина, стоят два дома-близнеца мимо которых за день проходят тысячи горожан. Мало кто из них остановится, чтобы поднять голову и посмотреть выше магазинов и ресторанов. А остановится надо непременно. Архитектура и истории жильцов того стоят.

По четной стороне, где здание красуется витринами ГУМ и ресторан Grand Cafe, дом включает в себя четыре адреса - со 2 по 8, а на противоположной, там где парикмахерская «Мечта», два - 3 и 5. Тот, который со стороны ГУМа, подлиннее, но ведь близнецы не во всем одинаковы.
На доме номер 6 обратите внимание на мемориальную доску Георгию Заборскому. Это архитектор, который не только построил эти два дома, но и жил здесь.

Наверное, для зодчего нет ничего лучше, чем построить дом своей мечты и поселиться там. Заборскому это удалось, а жил зодчий здесь до 1965 года. Это уникальный мастер, работы которого сравнивали с творениями Карла Росси. Итальянец создал облик Санкт-Петербурга, а белорус - своего родного Минска.
Что касается домов на Ленина, то их нужно рассматривать по частям, вглядываясь в детали. Ну вот, например, в глаза сразу бросается огромная терраса, на первый взгляд квадратов на 30. Ее будущим хозяевам можно только позавидовать. Кстати, эта 4-комнатная квартира с террасой, была выставлена на продажу. Стоимость элитного жилья на 87,1 квадратного метра (жилая площадь - 58,4) - 1 141 175 белорусских рублей (или примерно 350 000 долларов).
Кстати, в доме номер 8 на последнем пятом этаже продается 2-комнатная квартира площадью 58,4 квадрата (жилая - 38,5) за 417 018 (127 900 долларов) белорусских рублей.
«А в подвале размещаются дровяники на количество квартир»
Дома были построены к 1956 году. В только восставшем из пепла Великой Отечественной войны городе они смотрелись архитектурной жемчужиной. Для их внешней отделки впервые была применена специальная керамическая плитка. А в ее создании участвовали народные мастера Гродненщины.
Тогда такое элитное жилье было доступно немногим. Описывалось оно так: «во всех квартирах запроектированы кухни, ванные, уборные и передние; лестница - двухмаршевая с лифтом, а в подвале размещаются дровяники на количество квартир. Да, в 1950-х квартиры в самом центре города еще отапливали дровами».
«Я не мог шевелиться, разговаривать и даже пить воду»
Знаменитый скульптор Заир Азгур восхищался шедеврами Заборского: «Этот отрезок улицы Ленина мне иногда хочется сравнить с улицей зодчего Росси в Ленинграде». Георгий Владимирович тогда был на пике своей карьеры, но всего этого могло бы и не быть, если бы судьба не уберегла его во время войны.

Несколько лет назад в Минске проходила выставка, посвященная творчеству Заборского, ее назвали «Солдат в бою, маршал - в архитектуре». Очень точно подмечено. 25 июня 1941 года 31-летний архитектор пошел добровольцем на фронт. В письме Азгуру, написанном во время войны он рассказывал: «Был два раза ранен. Залечивал раны, не выходя из строя. У меня внутри было море мести, ненависти и злобы».
31-летний Георгий воевал под Оршей, Могилевом, Рогачевом и Смоленском. Продолжаем читать письмо: «Меня не брали ни штык, ни пули. Но вот под Ярцевом в неравном бою я был дважды тяжело ранен. Сначала были простреляны горло и шея... разорвавшееся недалеко мина осколком разбила два позвонка на шее и застряла там по сей день, и его достать нет возможности. Утром меня подобрали. Я не мог шевелиться, разговаривать и даже пить воду. Так продолжалось дней 15. Я жил на одних уколах. Очень долго пролежал в госпитале в г. Ессентуки и, как видите, выжил».
Силач и спортсмен в один момент стал инвалидом, который по чуть-чуть возвращался к жизни.
«Уже в мирные годы на День Победы он всегда поднимал бокал за женщину в гимнастерке и кирзовых сапогах, которая его, раненного, вынесла с поля боя. Никогда не называл ее имени. Возможно, и не знал его», - писал Яков Алексейчик, автор книги «Имя на площади Победы», которая посвящена жизни и творчеству архитектора.
После такого тяжелого ранения на фронт Заборский уже не вернулся. В госпитале уральского города Троицка архитектор не только восстанавливал силы, он жил идеей возрождения родного города. Там он выполнил эскизы, которые лягут в основу памятника-монумента Победы в Минске - одного из символов белорусской столицы.
Заборский прибыл в родной Минск в июле 1945-го города полный идей и уже готовых эскизов различных зданий, которых он хотел бы видеть в возрожденном Минске.
Георгий Владимирович со временем станет руководителем архитектурно-конструкторской мастерской в институте «Белгоспроект» - главной проектной организации БССР. А его творения известны каждому минчанину: здания Суворовского училища, музея Великой Отечественной войны, ЦК ЛКСМБ (на улице К. Маркса), кинотеатр «Пионер» и многие другие.
Георгий Владимирович прожил 89 лет и умер в 1999 году. На тот момент он жил в скромной двухкомнатной квартире на улице Немига, 6.
На первом этаже - ресторан, на последнем - мастерская художника
На доме номер 2 есть мемориальная доска, посвященная художнику Борису Аракчееву.

С 1963 по 2013 годы он работал в мастерской, которая располагается на последнем этаже, прямо над входом в нынешнее Grand Cafe.

Борис Владимирович, как и Заборский, ушел на фронт добровольцем. Родился он в Ярославской области, но тропы войны привели его в Беларусь, которую он полюбил всей душой. Среди его картин пейзажи, натюрморты, серия портретов знаменитых современников. Работы Аракчеева выставлены в различных музеях, в том числе в Национальном художественном музее. А все три дочери Бориса Владимировича стали профессиональными художницами. После его смерти работать в мастерской продолжила Оксана Аракчеева.
Интересно, что Заборский планировал, что в здании будет не просто башня, а башня со шпилем, но в высоких кабинетах это сочли за излишество и от шпиля отказались.
Квартиры в доме номер 2 в основном предназначались работникам Министерства легкой промышленности. А дом напротив - номер 3 - для сотрудников Министерства финансов. Интересно, что количество квартир на этажах разное. Где-то по две, а где-то по три.
Жильцы могли выйти из дома и тут же оказаться в одном из самых шикарных ресторанов Минска. Изначально он носил название «Заря», но в историю города вошел, скорее, уже под легендарным названием «Потсдам».

Кстати, в немецком городе Потсдам, который входил в состав ГДР, в 1970-х в стиле модерн был построен ресторан под названием «Минск». Говорят он был очень популярен у немцев. В белорусской столице можно было попробовать немецкие блюда, а в городе-побратиме - белорусские. В наши дни немецкий «Минск» превратился в музей современного искусства.
В доме номер 2 жил выдающийся белорусский актер Глеб Павлович Глебов (Сорокин). Он был актером и художественным руководителем (1941-1947 гг.) театра имени Янки Купалы. В 1948 году Глебов получил звание народного артиста СССР и очередную Сталинскую премию за роль в спектакле «Константин Заслонов».

А на доме номер 4 установлена мемориальная доска Пилипу Пестраку. Он известен не только как писатель, но и деятель национально-освободительного движения в Западной Беларуси. Всего провел в заключении 11 лет. В 1939 году за организацию восстания заключенных Гродненской тюрьмы Пестрак был приговорен польскими властями к расстрелу, но привести приговор в исполнение не успели.
В доме под номером 3 - напротив - жил историк, профессор БГУ Владимир Перцев. Он человек очень интересной судьбы.

Образование получил еще в 1903 году в Московском университете. До революции его преследовали за участие в студенческих волнениях, а в 1930-х называли «антисоветским элементом», мол, делает акцент на историю Германии, но к счастью Перцева не репрессировали.
В 1945 году в составе белорусской делегации он принял участие в работе учредительной конференции ООН в Сан-Франциско. Его подпись стоит под документом о создании ООН.
На соседнем доме номер 5 обратите внимание на мемориальную доску с барельефом народной артистки Беларуси Анны Обуховой - она 50 лет была примадонной драматического театра имени Горького.

Актриса родилась в Москве в 1908 году, в 1929-м дебютировала как актриса немого кино. В Минск она переехала в 1937-м и служила в театре почти до самой смерти в 1986-м.
Ранее мы писали о тайнах минского генеральского дома: домработницы жили в семьях, закрытые выходы на проспект, по шесть квартир на подъезд.