«Дяденька, возьмите меня, я не умру. Я буду жить!» Пять историй о белорусских детях, которые выжили во время войны, из новой уникальной книги

Дети войны выживали всем смертям назло. Фото: из книги «Дети войны: их детство закончилось летом 1941».

По данным Чрезвычайной государственной комиссии БССР, расследовавшей злодеяния оккупантов на территории республики, во время Великой Отечественной войны погибло 166 885 белорусских детей. Еще тысячи и тысячи детей остались сиротами. А те, кто выжил, будучи на волосок от смерти, пронесли весь ужас войны через всю жизнь.

В книги воспоминаний «Дети войны: их детство закончилось летом 1941» (составитель И. М. Карабликов), вышедшей в издательстве «Беларусь», дети войны рассказали, что им пришлось пережить. Каждая из десятков историй наполнена болью и страданиями.

Книга рассказывает о судьбах детей войны. Фото: из книги «Дети войны: их детство закончилось летом 1941»

Мы приведем вам правдивые фрагменты из жизни пяти человек.

Эдуарду Банкевичу на этом снимке 1942-го - всего лишь 3 года, но, в его глазах столько взрослости, что поверить в это трудно.

Эдик в Минске 1942-го. Фото: из книги «Дети войны: их детство закончилось летом 1941»

В войну он с бабушкой жил в Минске на улице Грушевской. Как будет вспоминать уже инженер Эдуард Георгиевич Банкевич, выжить помогали труд и терпение.

Он вспоминает:

«Два раза в неделю к Красному дому в Добромышленском переулке (у переезда), в котором жили немецкие офицеры, приезжала полевая кухня. Детям выдавали баланду. Бабушка стояла поодаль, а я с кувшином шел к солдату, который большим ковшом набирал из бака баланду и наливал в кувшин. После этого подходила бабушка, в моей метрике ставили отметку, и мы уходили. Всего было около 40 отметок. Еще на молочном заводе за 5 копеек давали ведро сыворотки».

У каждого ребенка своя история, своя боль и трагедия... Сам составитель издания, подполковник Илья Корабликов, родился за полгода до начала войны.

«Мне не было и полугода, когда моя мама вместе со своими родителями, сестрой и младшим братом погибли в Панеряе, месте массового уничтожения евреев под Вильнюсом. Я остался живым случайно. Родительское сердце, предчувствуя беду, подсказало маме спрятать меня у свекрови Евдокии Харлампиевны Корабликовой», - вспоминал Илья Макарович.

Дом в Вильнюсе, в котором жила его бабушка с дочерью, находился на улице, по которой евреев вели в Панеряй - место массового уничтожения евреев в Литве, где убили десятки тысяч человек.

«Ценой своей жизни бабушка и моя тетя спасали меня - еврейского младенца. Каратели постоянно обыскивали дома, расположенные на улице Тызенгаузена. В моем спасении участвовали и соседи, они предупреждали женщин о приближении карателей. Как рассказывала бабушка, меня прятали либо а поддувале под огромной русской печкой, либо передавали через окно, выходящее в соседний огород».

Илья (справа) выжил благодаря помощи добрых людей. Фото: из книги «Дети войны: их детство закончилось летом 1941»

Галина Виноградова оказалась среди тех подростков, которых оккупанты отправили работать на заводах в Европу. Родилась она в 1925 году, жила с семьей на станции Шатилки, что в нынешней Гомельской области. В 1943-м по подозрению в связях с партизанами, Галину отправили в тюрьму в Паричах.

«Там провела около шести месяцев. Меня допрашивали, били, гоняли на работу... В августе отправили в Бобруйск на сборный пункт по отправке в Германию. Там нас погрузили в товарные вагоны и повезли на запад. После многочисленных перипетий я попала на сталелитейный завод в городе Эш-сюр-Альзетт в Люксембурге. Там мы разгружали вагоны, таскали тачки с тяжелым грузом».

Жили узники впроголодь: «220 граммов брюквы и столько же хлеба на день, бобы и какая-то шелуха, которая для нас была важной подкормкой, ведь мы голодали. Обращались с нами грубо, везде водили под конвоем».

После освобождения американцами, рабочих направили во Францию, на распределительный пункт, а потом отправили на родину.

Людей вывозили в Германию для работы на заводах. Фото: из книги «Дети войны: их детство закончилось летом 1941»

Нина Гарбусенок (Лостовка) из деревни Свиравщина Верхнедвинского района в 6 лет попала в Саласпилсский концлагерь, который находился в Латвии. Она вспоминала:

«Псов мы боялись больше, чем солдат. На провинившегося ребенка охранники спускали пса. Это было страшное зрелище: бедный ребенок истошно кричал, но никто не приходил ему на помощь».

В концлагере была подпольная группа, которая спасала детей. Они отвозили детей в костел или церковь, где жители Риги разбирали их по семьям. Так спасли и Нину. Но для этого ей пришлось еще посмотреть в глаза смерти.

«Всех детей разобрали, осталась я и мальчик. Он шепнул мне на ухо, что если нас не заберут, то расстреляют. Я начала плакать. К нам подошли женщина с мужчиной и начали спорить между собой. Мужчина сказал: «Ты возьмешь в квартиру гроб? Завтра будешь ее хоронить!» Женщина умоляла: «Давай возьмем!» Он не соглашался, пока я не подняла голову и не спросила: «Дяденька, возьмите меня, я не умру. Я буду жить!» Помню, как за мной ухаживали, как меня пичкали лекарствами. И я выжила. Это была благородная семья Неверовских. Я их называла мама Катя и папа Костя».

После войны Нина вернулась домой и воссоединилась с семьей.

Зинаида Черновец из деревни Константиново Полоцкого района всю жизнь была благодарна женщине, которая ее спасла, но так и не смогла ее найти. В день начала войны Зинаиде было 3 года.

Накануне войны ее семья, работавшая в колхозе, переехала в просторный дом. Дом, в котором они так и не успели пожить. Его заняли гитлеровцы, разместив там штаб. А хозяев переселили в хозпостройки. За связь с партизанами семью схватили и отправили в концлагерь.

С мамой, бабушкой и дедушкой Зинаида была отправлена в литовский город Алитус.

«Условия там были ужасные: спали на голых досках, раз в день давали похлебку из чечевицы и гороха, в «супе» - несколько горошин. Я сильно заболела, спасла меня литовский врач гитлеровского здравпункта».

В больнице ее лечили и кормили сравнительно хорошо. А врач через маму девочки передавала еду бабушке и дедушке Зины.

Накануне наступления советских войск девочку выписали из больницы и отправили с мамой в лагерь. Девочка выжила.

«Меня трижды поджидала смерть, но мне повезло. Я безмерно благодарна литовской женщине, которая спасла меня. К моему сожалению, не знаю ее имени. Повзрослев, пыталась ее найти, но безрезультатно».

Ранее мы рассказали про три великих фильма о войне, в которых белорусы стали прообразами героев или повторили их судьбу: «Помни имя свое», «В бой идут одни старики», «Судьба человека».