Кто «попал в кювейт», стал неожиданным «лицом коллектива» и нашел лекарство «из собственных рогов»: вспоминаем искрометные шутки-«мульки» Владимира Мулявина в 57-й день рождения ансамбля «Песняры»фото

«Песняры» были основаны 57 лет назад, а их лидер Владимир Мулявин с первых лет коллектива любил пошутить. Фото: Архив Марины Мулявиной / Архив «КП»

1 сентября 2026 года исполняется 57 лет со дня рождения ансамбля «Песняры». Официального: после прохождения художественного совета и получения статуса вокально-инструментального ансамбля (правда, все это еще под названием «Лявоны») в первый день осени 1969 года. Но именно с тех пор началась долгая история музыкальной легенды белорусской и советской сцены.

Белорусский ансамбль «Песняры» был создан 1 сентября 1969 и отмечает 57-летие. Фото: Архив Марины Мулявиной / Архив «КП»

Впрочем, определение «легенда» – это уже оценка свершений. А вообще, есть такое избитое (пусть и правдивое) выражение: «Тяжела и неказиста жизнь советского артиста». Ну а чем ее скрасить (тем паче руководителю творческого коллектива), если не хорошей шуткой, уместным юмором, тонкой иронией? Этим приемом всегда пользовался лидер «Песняров» Владимир Мулявин. Близкие называли его шутки «мульками».

Когда надоело кланяться…

А началось все с самых первых лет ансамбля. И даже раньше, говорил один из сооснователей «Песняров» Владислав Мисевич (его не стало 6 июля 2026-го):

- Еще и ансамбля-то не было. Мы с Мулей числились в коллективе Нелли Богуславской «ОРбита-67», но на время летнего отпуска влились в эстрадную бригаду по обслуживанию глубинки. Руководителем назначали приказом по филармонии Мулявина. «Бригада имени меня», - шутил Володя, когда позже надо было неофициально представить этот состав.

Уже «Лявоны», хотя недавно это была лишь «бригада имени меня». Фото: Архив Владислава Мисевича / Архив «КП»

В середине 1970-х ансамбль взялся за освоение крупной формы на сцене. Ими стали опера-притча «Песня о доле» и поэма-легенда «Гусляр», длившиеся полноценное отделение концерта. Не всем в ансамбле нравилась такая переориентация с песен на рок-оперы, часто звучали вопросы: «Володя, ну зачем так много?» А Мулявин лишь отшучивался: надоело кланяться после каждой песни (а это два-три-четыре концерта в день!), а так можно поклониться один раз - в финале.

«Песняры» сделали из «Песни про Долю» спектакль. Фото: Юрий ИВАНОВ / Архив «КП»

И еще одна классика-«внутрянка» ансамбля. На съемках первого музыкального телефильма с участием «Песняров» (с огромной-декорацией-батлейкой, вышедший на экраны в 1971-м) режиссер Владимир Орлов хотел рассчитать время на соло ударника Александра Демешко в его коронном номере «Забалела ты, мая галованька».

- Сколько квадратов играет Шурик? – спросил постановщик у Мулявина.

- А Шурик наш не квадратами, а кругами играет, - был ответ Владимира Георгиевича.

Эмоциональная игра Александра Демешко попала и на один из первых плакатов ансамбля, и в шутку. Фото: pesnyary.com

«Говорят, диета какая-то…»

Порой шутка могла сгладить потенциально конфликтные ситуации в мужском коллективе. Скажем, из-за несдержанности в возлияниях горячительными напитками. Мулявин, вспоминали артисты, говорил в шутку, но все-таки и всерьёз: «Можно пить перед работой, можно после работы, можно во время неё, но нельзя - вместо работы…»

Владимир и Валерий Мулявины. Фото: Архив Марины Мулявиной / Архив «КП»

А ведь за дисциплину от худрука доставалось в первые годы буквально всем «Песнярам». И его старший на три года брат Валерий не был исключением. Рассказывают, к примеру, что однажды Мулявин-младший едва не выгнал из ансамбля Мулявина-старшего из-за бокала пенного напитка, выпитого в жару перед репетицией. А Владиславу Мисевичу запомнилась еще и такая курьезная история:

Кармальская выступала с "Песнярами" 5 лет. Фото: Личный архив Марины Мулявиной

- Ансамбль колесил по Крыму. Валера по совету Лиды Кармальской, первой жены Володи, сел на диету из сыра и сухого вина. Точнее ему так хотелось винца крымского отведать вдоволь, что он использовал предлог с диетой, чтобы и душу отвести, и от брата по шее не отхватить. Словом, Валера купил не бутылку и не две, а целый ящик отличного местного «сухача» и огромный кусок сыра. С такой ношей на местном базаре его встретила Кармальская… «Худел» старший Мулявин в своем номере и до поздней ночи. Причём сыр ему не пошел вообще — почти нетронутый лежал на столе, когда я с Володей заглянул растолкать Валеру, не спешившего на репетицию перед концертом. Он глаза еле продрал, таращится на нас. Тогда Вова и говорит ему с фирменной ухмылочкой в усы и взглядом исподлобья: «Слушай, а ты прямо заметно похудел, говорят, диета какая-то…»

К сожалению, спустя несколько дней Валерий Мулявин трагически погибнет в Ялте. По версии следствия – не удержался на парапете морской набережной, когда мимо проезжала поливальная машина. Правда, семья и коллеги-«песняры» в это стечение обстоятельств не верят и по сей день…

«Знаешь песню «Если б камни могли говорить»? Это про меня!»

Частенько объектом острот Мулявина становился композитор Игорь Лученок. Влад Мисевич вспоминал историю, которую просил снова и снова пересказать при встречах с легендарным белорусским мелодистом. Она связана с песней «Зачарованая», которую Игорь Михайлович отдал ансамблю:

В последние годы Мисевич и Лученок много общались. Фото: Юрий ИВАНОВ / Архив «КП»

- Песню наши аранжировщики так перелопатили, что Лученок несколько минут сидел и осмысливал, что же он услышал на репетиции ансамбля. Мулявин, конечно, подсел к ошарашенному композитору в этот момент и не удержался от вопроса с фирменной подколочкой: «Что, не нравится?» «Нравится, но где тут моя музыка?» - резонно уточнил Игорь.

(Добавим, что «Зачарованую» с музыкой Игоря Михайловича спел практически в одно и то же время с «Песнярами» народный артист Беларуси Ярослав Евдокимов в сопровождении оркестра Гостелерадио БССР.)

Мулявин и Лученок много сотрудничали, а порой ярко шутили. Фото: Юрий ИВАНОВ / Архив «КП»

Вообще, ансамбль «дошлифовывал» под себя многие песни даже именитых композиторов. А коль процесс частенько был трудоемким, то и желающих за него взяться, как правило, не было. И многие музыканты «Песняров» вспоминали, как Владимир Мулявин, ухмыляясь, приходил на репетицию с нотами того же Игоря Михайловича и иронично объявлял:

- Кто хочет написать новую песню Лученка?

Молчание.

- Нет желающих? Значит, будем назначать!

Владислав Мисевич вспоминал и такую «медицинскую» остроту Мулявина, который страдал от камней в почках:

- Согнулся, мучается, но шутит: «Знаешь песню Лученка «Если б камни могли говорить»? Так это же про меня!»

«Если они думают, что нам платят, пусть думаю, что мы работаем»

Особый момент в работе популярных артистов – общение с прессой. В случае «Песняров» чаще всего беседовал с журналистами именно Владимир Мулявин. Порой ему приходилось быть весьма находчивым, чтобы не попасть впросак с ответами на колкие вопросы. Особенно за рубежом. Владислав Мисевич вспоминал пресс-конференцию во время первых гастролей ансамбля по США в декабре 1976 года.

«Поначалу всё шло хорошо. От нескольких острых углов Володя успешно увернулся. Например, на вопрос об американских инструментах Мулявин присочинил, мол, в каждом музыкальном магазине СССР сплошные Fender и другие чудеса техники», - делился Мисевич.

Та самая коварная пресс-конференция в Штатах. Фото: журнал «Америка»

Но под конец от радиожурналиста прозвучал вопрос в духе «Что передать вашим землякам у приёмников, пока вы находитесь на гастролях в США?»

«Мы глазами сверлим Володю: кто кого перехитрит? Сказать что-то конкретное - признать, что в Союзе ловят «вражеские голоса», а ты сам - в первых рядах. – вспоминал Владислав Людвигович. - Но Мулявин не растерялся: «Ничего не надо передавать! Мы приедем и сами обо всем расскажем!» Корреспондент, видимо, не понял причину странного ответа на дежурный вопрос. А мы прямо выдохнули от облегчения. Мулявин, наверное, и сам от себя не ожидал такого остроумного хода. Ну а потом дипломаты говорили, что ответ Володи достоин учебника: вот как правильно надо обходить конфликт — не унизительно для нас, не оскорбительно для американцев!»

А вот случай из совсем другой эпохи. В 2000-х на очередном витебском «Славянском базаре» у Мулявина спросили, под «плюсовую» или под «минусовую» фонограмму будут выступать «Песняры». Валерий Скорожонок, солист последнего мулявинского состава ансамбля стал свидетелем удачного ответа руководителя коллектива, говорящего при этом о низких гонорарах для белорусских артистов (на фоне сумм, которые выплачивали поп-звездам российским).

«Если организаторы думают, что они нам платят, то пусть они думают, что мы работаем», - сказал Мулявин.

На первом плане в центре - Валерий Скорожонок и Владимир Мулявин в последнем составе ансамбля под руководством маэстро. Фото: Юрий ИВАНОВ / Архив «КП»

И о здоровье. Вопрос из интервью к 25-летию ансамбля (Мулявину на тот момент было 53 года): «25 – это не так уж и мало. Как себя чувствуете?» И ответ Владимира Георгиевича в его стиле: «Почки, печень...»

«С тебя «чирик» - и споем...»

У человека, не знавшего Мулявина близко, некоторые его шутки могли вызвать лёгкий шок. Владислав Мисевич вспоминал, как после первомайской демонстрации 1986 года фотограф агентства печати «Новости» Юрий Иванов снимал ансамбль на фоне недавно отреставрированных домиков минского Троицкого предместья.

«Съёмка окончилась, все расслабились, и тут к нам подбежала сотрудница из только-только созданного музея Максима Богдановича - за автографами. Расписались и уже почти распрощались с ней, как Володя шутя у нас спрашивает: «А кто это — Богданович?..» Мы на него зацыкали, но было поздно: девушка-музейщица аж споткнулась на горочке, услышав такую «ересь» от самого Мулявина. Стыдно было посмотреть в её сторону!.. – вспоминал Владислав Людвигович. - Но к столетию со дня рождения поэта Володя за свой острый язык реабилитировался – написал программу «Вянок» на его стихи».

После этого фото Мулявину пришлось «реабилитироваться» и написать программу на стихи Максима Богдановича. Фото: Юрий ИВАНОВ / Архив «КП»

Порой Владимир Георгиевич, кажется, в азарте концертов забывал, что он народный артист по званию и худрук главного ансамбля СССР по статусу. Влад Мисевич вспоминал историю от именитого российского тренера по баскетболу Анатолия Мышкина. Земляк-свердловчанин Мулявина, тот не пропускал ни одного концерта «Песняров» в Москве.

- После первого отделения Толя пришёл за кулисы, выловил там Володю и попросил спеть «Жураўлі на Палессе ляцяць». Мулявин, по словам Толи, совершенно не изменившись в лице, говорит: «Ну, кто эту песню поёт? Пеня (вокалист «Песняров» тех лет Игорь Пеня. – Ред.)? Вот и договаривайся с Пеней». Помолчал и добавил: «А вообще, с тебя «чирик» - и споём...» Толя оторопел от Володиной прямоты - он-то не знал, что она при полном серьёзе на лице может быть с тем ещё подвохом. В итоге, игрок легендарного московского ЦСКА оставил Мулявину «чирик», - говорил Мисевич. - И каково же было удивление Мышкина, когда в самом начале второго, песенного отделения Володя сам подошёл к микрофону и объявил на весь многотысячный зал в центре Москвы, как в заправском ресторане: «А следующая песня звучит для Толика и его друзей». Мышкин и спустя годы пересказал мне тот мулявинский прикол с диким восхищением: «Да я там чуть со стула не упал!»

«Кажется, я попал в кювейт»

Кстати, о падениях. Владимир Мулявин был острым на язык в самых разных ситуациях. Даже не очень удобные для себя положения сглаживал своеобразным юмором. Бас-гитарист и вокалист «Песняров» 1990-х Александр Катиков вспоминал, что однажды автобус ансамбля застрял в снегу. Владимир Георгиевич попытался было выйти из транспорта, чтобы оценить обстановку. Но тут же провалился в снег по пояс. Коллеги на мгновение замерли, но Мулявин тут же выдал: «Кажется, я попал в кювейт». Как говорится, высказался с учетом международной обстановки того периода.

А вот воспоминание вокалиста последнего мулявинского состава Валерия Скорожонка, опубликованное в книге «Владимир Мулявин. Нота судьбы»:

«Как-то мы прилетели в Симферополь. В городе, куда из аэропорта нас подвезли автобусом, коллектив уже ждали с хлебом-солью девушки в национальных костюмах. Выходя из автобуса, я беру сразу два напакованных кофра, чтобы быстрее все повытаскивать. И так получилось, что разворачиваюсь спиной и пытаюсь с этими куфрами первым пролезть в дверной проем. Мулявин приоткрыл в салоне форточку и объявляет: «Первым выходит... лицо коллектива». Конечно - всеобщий хохот!»

Мулявин на фото чаще серьезен, но порой фотографам удавалось поймать его улыбку. Фото: Юрий ИВАНОВ / Архив «КП»

В Хотимске, куда «Песняры» приехали осенью 1993 года в честь 50-летия освобождения этого райцентра Могилевской области от немецко-фашистских захватчиков, не обошлось без застолья. Когда гости дошли до обсуждения «возрастных затруднений в определенной жизненной ситуации». Журналист «Могилевских ведомостей» Н. Рудковский подметил совет одного из присутствующих принимать конкретный лекарственный препарат. А Мулявин невозмутимо добавил: «…Получаемый из собственных рогов». К слову, от налитой и протянутой ему рюмки Владимир Георгиевич отказался, заметив: «Сейчас в моде непьющие мужчины».

Мулявин был остер на язык во многих бытовых моментах. Его кума, крестная младшего сына Валерия, Татьяна Лукашевич вспоминала в книге «Нота судьбы» их совместный поход на авторынок:

«Пошли по рядам. Купили дворники. А он все что-то ищет. Я ему говорю: «Владимир Георгиевич, скажи, что нужно, я буду спрашивать». - «Спрашивай ступоры к переднему левому колесу «Опель-Рекорд» 1982 года». Ну я и пошла. С куражом, конечно. Он за мной в вязаной шапочке, «дутом» пальто - усы и улыбка. Оглянусь - улыбка. И так ряда четыре прошли, пока один продавец не сказал: «Ступа у Бабы Яги, а вам нужны суппорты!» Боженька мой милый, как же Мулявин хохотал. Так подкузьмить Танюху смог!»

КСТАТИ

Острословами в «Песнярах» были многие артисты. Так, в 1980-х в коллективе издавали собственную юмористическую газету, в который музыканты были и журналистами, и художниками, и редакторами. Первый номер «Ведомости» - так назывался самиздат - датируется 21 февраля 1980 года. Газета выходила внезапно - так оговорено в ее шапке - на русско-белорусском языке тиражом 1 экземпляр. Автором идеи, главным редактором и одним из художников под псевдонимом Проcквир Экскирин был пианист и композитор ансамбля Игорь Паливода, который всех корреспондентов просил «смело вступать в неравную борьбу с русским словом». Подробности неожиданного проекта читайте здесь.

А ЕЩЕ БЫЛ СЛУЧАЙ...

Одна из шуток могла обойтись ансамблю весьма дорого.

- Когда делали съемку для конверта, я создал проблему для «Мелодии», - вспоминал Влад Мисевич. – По приколу пристроил флейту на левую сторону, потом снова на правую - армейский такой юморок. Как на зло, для конверта отбирают «левосторонний» кадр! Но обратили на это внимание, когда машина уже штамповала тираж конвертов. Даже станок остановили и пробовали «отзеркалить» фото наизнанку. Но тогда у других всё выглядело ещё более искажённо - пришлось вернуться к исходнику. Правда, и «исправленные» конверты не пустили под нож: вышла небольшая партия пластинок в них – раритет!

Здесь истории этой и других виниловых пластинок белорусских звезд, изданных в СССР.