Премия Рунета-2020
Беларусь
+27°
Boom metrics
Общество27 мая 2024 21:01

В белорусском небе сражался французский аристократ, а останки одного из летчиков «Нормандия-Неман» обнаружили спустя 22 года после его гибели

Французские летчики эскадрильи Нормандия-Неман освобождали Беларусь 80 лет назад
Петр КЛИМОВ
Французские летчики сражались храбро. Фото: warmuseum.by

Французские летчики сражались храбро. Фото: warmuseum.by

25 мая 1944 года французский истребительный авиационный полк «Нормандия-Неман» под командованием Пьера Пуйяда был направлен на 3-й Белорусский фронт. Сегодня мы вспомним о судьбах храбрых французских летчиков, среди которых был даже потомок старинного аристократического рода.

«Чтобы первым взлетать по тревоге - спал в землянке, находящейся в 20 метрах от самолета»

Сражения французских летчиков на советско-германском фронте, в том числе при освобождении Беларуси, одна из ярких страниц Великой Отечественной войны.

Эскадрилья «Нормандия», названная в честь французской провинции, была образована в 1942 году по соглашению между СССР и движением «Свободная Франция» (позже - «Сражающаяся Франция»), которым из Лондона руководил генерал Шарль де Голль. Франция была оккупирована, но оставшиеся в живых военные, продолжали сражаться на других фронтах. Де Голль говорил, что Франция должна быть представлена всюду, где ведется борьба с врагом.

Первые французские летчики прибыли в СССР ноябре 1942-го. В числе 72 добровольцев было 14 пилотов и 58 авиамехаников. Французы сначала получили советские истребители Як-1 (позднее Як-3 и Як-9). Возглавлял эскадрилью майор Жан-Луи Тюлян, до этого сражавшийся против немцев и итальянцев в Ливии. Кроме «ливийцев» в эскадрилье были «англичане», прибывшие из ВВС Великобритании.

Жан-Луи Тюлян (справа) был первым командиром эскадрильи. Фото: ar.culture.ru

Жан-Луи Тюлян (справа) был первым командиром эскадрильи. Фото: ar.culture.ru

В СССР прибыли опытные летчики, уже имевшие за плечами победы. Но нужно было время, чтобы освоить незнакомые для них самолеты и преодолеть языковой барьер. Шла подготовка и пилотов, и техников. Работали переводчики. И все-таки для более эффективной работы в эскадрилью добавили 17 советских авиационных специалистов, в основном техников. А в июне 1943-го весь технический состав уже был советским - они все-таки лучше знали свои истребители.

В марте 1943 года готовую к боям эскадрилью перебросили на Западный фронт, включив в состав 1-й воздушной армии. Летчики позже расскажут, что они были поражены с какой жестокостью здесь шла война. К тому же они попали в другой климат - морозы были испытанием не только для людей, но и для техники. Чтобы истребители взлетели, приходилось греть двигатели, используя горячую воду и масло.

Илья Эренбург напишет в газете «Известия» в 1945-м:

«Начало зимы 1942-1943. Недалеко от Иванова, среди сугробов, я увидел впервые летчиков «Нормандии». Они прилетели из Африки, из Сирии, мерзли, дивились валенкам и тулупам. Немногие из тех первых дожили до победы».

Но, несмотря на все трудности, оказавшись в абсолютно другом для них мире, французы освоились и показали себя стойкими солдатами, мужественно переносили все тяготы, а воевали так храбро, что ими восхищались советские братья по оружию.

Командир полка Пьер Пуйяд напишет в воспоминаниях о боевом товарище Жане-Луи Тюляне: «Презирал опасность, превыше всего ценил решительность и отвагу. Чтобы первым взлетать по тревоге - спал в землянке, находящейся в 20 метрах от самолета».

И снова слово Илье Эренбургу:

«Они выбрали далекий берег, путь через стихии войны, под пулями и снарядами. Они пришли к нам, когда нам было тяжело, и мы этого не забудем: мы умеем отличать настоящих друзей от любителей попировать на чужом пиру».

Французские летчики принимали участие и в освобождении Беларуси. Фото: warmuseum.by

Французские летчики принимали участие и в освобождении Беларуси. Фото: warmuseum.by

В белорусском небе воевал аристократ Ролан де ла Пуап

5 июля 1943 года «Нормандия» была преобразована в полк, в состав которого входили уже четыре эскадрильи, носившие названия четырех главных нормандских городов: «Руан», «Кан», «Гавр» и «Шербур».

Полк принимал участие в Курской битве в 1943 году, операции по освобождению Беларуси в 1944 году, в сражениях в Восточной Пруссии в 1945-м.

Во время операции «Багратион» 1944 года французские летчики били врага на аэродромах Болбасово (Оршанский район), Докудово (Крупский район), под Толочином и Борисовом.

Так, 26 июня 1944 года «Нормандия» совершили 72 боевых вылета, уничтожили 8 вражеских самолетов. За успешные действия при форсировании Немана полку 28 октября 1944 года присвоено почетное наименование «Неманский».

Из первого состава эскадрильи «Нормандия» в живых осталось три человека: Герой СССР Марсель Альбер, Герой СССР Ролан де ла Пуап и будущий генерал-майор ВВС Франции Жозеф Риссо.

Кстати, Ролан де ла Пуап был французским аристократом и вырос в замке Гранж-Фор. В 1940-м, когда Ролану было 20 лет, в сражении с гитлеровцами погиб его отец Ксавье. Оказавшись на советско-германском фронте, Ролан проявил себя асом.

Участвовал в боях за Орел, Брянск, Ельню, Смоленск, Витебск, Оршу, Борисов, Минск. Совершил 125 боевых вылетов и одержал 16 побед. После войны он стал успешным бизнесменом. Умер Ролан в Сан-Тропе в 2012 году в возрасте 92 лет.

Майора Тюляна похоронили местные жители

За 1943-1945 годы 148 летчиков авиаполка «Нормандия-Неман» совершили свыше 5 тысяч боевых вылетов, провели 869 воздушных боев, сбили около 280 вражеских самолетов и 80 повредили. Потери полка за время боевых действий - 42 летчика, а всего через эскадрилью прошло 96 человек.

У каждого из этих летчиков была свою судьба. Например, майор Тюлян, о котором мы говорили выше, погиб 17 июля 1943 года. В тот день девять истребителей Як-1 сопровождали шесть штурмовиков, летевших бомбить противника. Их настигли 16 истребителей врага. Завязался бой, в котором погиб Жан Луи Тюлян и лейтенант Вермей. А вот лейтенанту Дидье Бегину удалось посадить подбитый самолет на фюзеляж и добраться до своих.

Майора Тюляна похоронили местные жители и уже после войны, когда удалось установить место его упокоения, останки перевезли во Францию.

Останки Жака Гастона нашли в 1966 году

А младший лейтенант, парижанин Жак Гастон нашел свое последнее пристанище в братской могиле нынешнего агрогородка Славени, что в Толочинском районе Витебской области. Известно, что во время операции «Багратион» он совершил 11 боевых вылетов. 26 июня 1944 года Жак прикрывал бомбардировщики и был атакован двумя «Фокке-Вульфами». Подбитый самолет упал в болотистой местности и затонул. О судьбе летчика ничего не было известно, поэтому его внесли в список без вести пропавших.

Жак Гастон погиб в Беларуси в 1944-м. Фото: n-neman.by

Жак Гастон погиб в Беларуси в 1944-м. Фото: n-neman.by

В музее школы номер 9 города Борисова Жаку посвящена часть экспозиции. Здесь хранятся его личные вещи и документы. Когда родители летчика обратились во французское посольство во Франции в надежде узнать судьбу сына, то получили в 1945-м такой ответ:

«Этот бой произошел в 100 км от немецкой линии фронта над городом Борисовом на Березине. Даже если бы он воспользовался своим парашютом, он не смог вернуться на свою базу. Вскоре этот район был освобожден. Местные жители не могли рассказать подробности гибели, ибо немцы помешали им подойти к останкам сбитого самолета. В настоящее время невозможно что-либо уточнить. Сожалея о том, что в данный момент не могу Вам дать всех сведений, которых Вы вправе ожидать, приношу Вам, мадам, мои соболезнования».

Но в 1966 году мальчишки, ловившие рыбу, случайно вытащили из воды кусок кожаной куртки. А затем нашли двигатель самолета.

Военные подняли то, что осталось от самолета и по номеру на двигателе установили, что здесь покоятся останки Жака Гастона. Так мать узнала, где погиб сын.

В 1970 году она приехала в Беларусь и посетила место захоронения сына.

Мама Жака Гастона во время визита в Беларусь. Фото: n-neman.by

Мама Жака Гастона во время визита в Беларусь. Фото: n-neman.by

Экскурсоводы музея рассказывают: «Она не плакала, только крепко прижимала к груди шкатулку с землей, взятой с братской могилы...

Мама Жака привезла парадную форму сына, которую он носил после окончания летного училища в 1939 году и подарила на вечное хранение школьному музею. В книге отзывов музея Александрин Гастон оставила запись «Если бы мне пришлось выбирать вторую Родину, я бы выбрала - Беларусь».

Там, где Неман несет свои воды

Поэт Евгений Долматовский написал стихотворение, посвященное французским летчикам, где есть и такие строки:

Я волнуюсь, заслышав французскую речь,

Вспоминаю далёкие годы.

Я с французом дружил, не забыть наших встреч

Там, где Неман несет свои воды.

Там французские летчики в дождь и туман

По врагу наносили удары,

А советские парни в рядах партизан

Воевали в долине Луары...

Так вот о советских парнях в долине Луары.

Такие же чувства, как Александрин Гастон, испытал в 1977 году белорус Петр Кожемякин. Он посетил кладбище маленького городка Локрист-Инзинзак, где похоронен его брат Федор. Он привез горсть белоруской земли и оставил на памятнике табличку: «Кожемякину Федору от брата Петра и родных».

Здесь вы можете прочитать потрясающую историю жизни Федора, который был героем движения Сопротивления во Франции: белорус в одиночку врывался к фашистам на автомобиле и расстреливал их из пулемета.

«Они погибли на глазах у всего полка»

Но вернемся к Жаку Гастону. После обнаружения его останков, механик Дмитрий Бобров, обслуживающий самолет Гастона, написал письмо его матери, начав его такими словами: «Здравствуйте, дорогая мама! Извините, что я Вас так называю, но мне, кажется, что я, друг Вашего славного сына Жака, могу Вас так называть».

Есть там и такие строки:

«Жак делился со мной многими воспоминаниями о Франции, он думал о своих друзьях и очень беспокоился о своей дорогой маме, с которой у него не было никакой связи со времени оккупации Франции. В эти минуты Жак становился ласковым, нежным, как мальчик. Но он был жестоким и безжалостным в борьбе с фашистами».

Это было боевое братство - французских летчиков и советских техников. Братство, когда ты думаешь, прежде всего, о друге.

Генерал-майор авиации Захаров писал в мемуарах «Я - истребитель», как погиб летчик де Сейн и его техник Владимир Белозуб, которого француз называл «мой ангел-хранитель».

В тот трагический момент самолет был объят огнем. Захаров пишет:

«Его пытались завести на полосу. Когда стало ясно, что посадить истребитель будет невозможно, де Сейну дали приказ набрать высоту и покинуть машину».

Но Морис де Сейн отказался выпрыгнуть с парашютом.

«Как у всякого военного летчика, у него был парашют, - продолжает Захаров. - Но в кабине, сжавшись за бронеспинкой, сидел боевой друг де Сейна Владимир Белозуб. Он не мог покинуть машину. И Морис де Сейн не бросил русского техника - никто не мог заставить его в те минуты спасать свою жизнь. Они погибли на глазах у всего полка. Я не знаю другого случая из истории боевого товарищества между французами и русскими, в котором бы чистота человеческой души раскрылась столь полно, во всем своем нравственном величии».

О поступке сына рассказали матери французского летчика:

«Мой генерал, у меня был единственный сын, - негромко и небыстро говорила госпожа де Сейн, - и у него была возможность спастись. Да, - повторила она, - у него была возможность...». Я подумал о том, сколько раз за все эти годы мать летчика мысленно возвращалась к той ситуации, в которой оказался ее сын, когда сделал свой выбор. «Но тогда бы на всю нашу семью легло пятно, - продолжала она. - Мой сын поступил благородно...».

Ранее мы писали, что героем Сталинградской битвы стал командир эскадрильи из Беларуси Петр Забавских, который из летчиков-штрафников делал героев.